Почта уходит.

Почта уходит...

Почта уходит...В результате очередной оптимизации почтовой службы России в деревнях и селах закрываются почтовые отделения,
увольняются почтальоны, некому носить не только газеты и письма, но и пенсии, а жителям негде оплачивать счета за коммунальные услуги.
Никто калитку скрипом не тревожит
...Первая неделя месяца давно миновала, а пенсии все не несли. Старики деревень Климовщина, Гора, Кстинкино, что в Пестовском районе Новгородской области, все глаза проглядели на дорогу. Не видать Лиды-почтальона. Заболела или случилось что?
И только в деревне Брякуново, где находилось отделение «Почты России», знали, что нет больше у них отделения. Его не закрыли внезапно, как отремонтированную летом и полностью подготовленную к новому учебному году школу. Не отменили, как автобус, еще недавно соединявший деревню с райцентром. Как поезд, точнее, два прицепных вагончика, которыми жителям этой российской провинции можно было добраться до обеих столиц. Или как самолет, летавший когда-то из Пестова в Новгород. Не сократили под видом очередной оптимизации почтовой службы России, как отделение в той же Климовщине.
Просто оба почтальона вместе с заведующей в одночасье отказались работать. И как односельчане ни уговаривали их на сельском сходе повременить, поработать хотя бы до зимы, а там, глядишь, что-то да изменится, - ни в какую. «За такую зарплату сами и работайте», - отвечали. Вот и весь сказ.
Но и в Брякуново не понимали, как жить дальше без почты. Ладно, письмо можно отправить в райцентре, отделенном от деревни пятнадцатью километрами разбитой дороги. Туда с сентября по июнь каждый день ходит школьный автобус, да и большинство деревенских жителей, кому еще до пенсии далеко, ездят своим транспортом на работу в Пестово. В самом Брякунове работы нет. Колхоз, центральной усадьбой своей когда-то располагавшийся здесь, давно приказал долго жить. Сельсовет закрыли, оставив лишь одного специалиста, центром же укрупненного сельского поселения сделали село Вотраса, до которого тоже добираться - не ближний свет. Тремстам жителям Брякунова оставили только клуб, детский садик (пока), медпункт (пока), библиотеку и почту. А теперь и на почтовую дверь навесили замок. Не начальство из района или области, сами же почтовики и навесили. Так вот, ладно письма, их теперь почти и не пишут, у большинства есть мобильные телефоны. Газеты приходят раз в одну-две недели. Кто их будет читать, когда вся информация устарела? Генриетта Петровна Брейнак, создавшая здесь, в Брякунове, известный на всю округу музей Великой Отечественной войны, знакомая по письмам с внуком Сталина, с губернаторами и президентами, выписывает 11 изданий. Когда оформляла подписку, платила не только за каждый журнал, каждую газету, но и за их доставку, причем доставка оказывалась порой дороже самой газеты. Но никто за неоказанную, хоть и оплаченную услугу деньги возвращать ей не собирается. Главная же непонятка для всех: а кто теперь будет пенсии старикам приносить? Где оплачивать счета за газ, воду, электричество, телефон, другие коммунальные услуги? Да и вообще, черт возьми, как жить?
- Сообщили из Питера, что мне посылку выслали, а где я ее получу, не знаю, - сокрушается бывший зоотехник и бывший преподаватель биологии, а теперь заведующая детским садом Галина Васильевна Дунаева.
Почта уходит...Галина Васильевна не понимает, зачем власти, призывая население улучшать демографическую ситуацию, сами же создают невыносимые условия для проживания в сельской местности. Ну не смогут же все в города уехать. А деревня живет сегодня чувством самосохранения. По-другому никак. Это объединяет.
Бывший сельский почтальон Лида Добрякова, которая обслуживала жителей пяти деревень и которую до сих пор каждый день ждут в Кстинкино и Климовщине, так объясняет причину своего ухода:
- Вначале нам увеличили территорию, присоединив Гору и Климовщину. Потом сократили количество рабочих дней в неделю - до трех. А потом и количество рабочих часов. И получилось, что нарабатываем мы всего на 2 тысячи 750 рублей в месяц. Расстояние от деревни до деревни не маленькое, за день больше 20 километров накручиваешь. Летом на велосипеде. Не на казенном, транспортом «Почта России» своих работников не обеспечивает. На своем собственном, купленном на свою же мизерную зарплату. А зимой пешком, порой по пояс в снегу. Да еще деньги в сумке несешь, пенсии. Страшно ведь. Люди нынче всякие. Да и в отделении с каждым годом условия все хуже. Дверь открывается с трудом. Товар привезли - на своем горбу на второй этаж таскай. Телефон отключили - по служебной надобности звони со своего мобильника. Начальница ушла еще по весне. Она не успевала в отведенное время и товар принять, и деньги пересчитать, и бумаги оформить. Бумаги брала на дом. Промучилась так, да и написала заявление. Мы с подругой, почтальоншей Татьяной Зайцевой, хотели следом уйти, но люди упросили поработать еще немного. Поработали. Ничего не меняется. Да пропади оно все пропадом.
Прежде Лида работала специалистом сельского хозяйства. Когда колхоз разорился, ушла в почтальоны и четыре года разносила по деревням не только пенсию и газеты, но и продукты.
- Жалко, - вдруг признается она, - мне эта работа нравилась. Я была нужна людям. Придешь, двери не заперты, зимой тропинки расчищены, чайник согрет. Но за такие деньги кто пойдет? Никто! А вот как объясняет свой уход бывшая заведующая почтовым отделением Анна Васильевна Веселова:
- У меня оклад был 4165 рублей. Когда расширяли территорию обслуживания, нас не спрашивали. И когда зарплату урезали - тоже. Сказали: «Вас поставили в известность, вот и работайте». А как работать? Письма люди не пишут. Газеты перестали выписывать, их дешевле купить. А заставлять нельзя. Хотя нам говорили: «Упрашивайте. Вплоть до того, что навязывайте». Я две коровы в хозяйстве держу. Молоко продаю здесь, в Брякунове, и в райцентре. Мне хватает. Это выгоднее, чем работать на почте.
- Мы ставили перед почтовым начальством вопрос о том, чтобы увеличить ставки, но ничего из этого не вышло, - говорит специалист сельского поселения Вотраса Надежда Стан. - Нам ответили, мол, есть тарифная ставка, и выше ее не прыгнешь.
Ставят такие вопросы не только в Пестовском районе Новгородской области, а почтальоны всей страны. Вот что, к примеру, ответил на этот вопрос начальнику одного из почтовых отделений директор управления Федеральной почтовой связи Ярославской области Андрей Слащев:
- Вопросы оплаты труда регламентированы действующим положением об оплате труда работников ФГУП «Почта России», оно приложение к коллективному договору. Есть стабильная окладная часть заработной платы, из которой мы и исходим, начисляя зарплату. Она позволяет работникам почты всегда иметь гарантированный заработок, не зависящий ни от каких внешних обстоятельств. Соответственно на неполной ставке зарплата ниже, чем на полной. Но мы не бюджетная организация, а унитарное предприятие, то есть коммерческая структура. Выполнил план по сумме реализованного товара, проданных на дому знаков почтовой оплаты, подписке, реализованных товаров и услуг фирмы «Кодак» - получи надбавку к зарплате, не выполнил - сиди так.
Сидеть так почтальоны не хотят, а потому массово увольняются.
Любые услуги, кроме почтовых
Есть такой анекдот. К маяку подплывает на лодке усталый почтальон и вpучает смотpителю письмо. Смотpитель: «Если в другой pаз пpиплывешь таким хмуpым, я подпишусь на какую-нибудь ежедневную газету!»
В наше время в России такая угроза уже не срабатывает. Смотрителю маяка просто вернут квитанцию и деньги, но газет, тем более ежедневных, доставлять не станут.
В Сандовском почтовом отделении Тверской области, которое до недавнего времени было районным, а теперь передало свои полномочия в город Красный Холм, что в восьмидесяти километрах отсюда, вдоль стойки к единственному окошечку выстроилась очередь. Кто газеты купить, кто счета оплатить, кто посылку отправить. Очередь не движется. Потому что девушка, посаженная выполнять эти операции, невозмутимо болтает с подругой по мобильному телефону, не обращая на ропот людей никакого внимания. Когда же ропот перерос в откровенное недовольство, оторвалась на секунду от трубки и заявила:
- А я могу вас и вовсе не обслуживать. У меня основная работа вон где, - и показала глазами в сторону другой стойки, за которой грудились банки с тушенкой, консервами, кули с крупами и другие продукты.
К слову сказать, в другой раз я этой девушки за стойкой уже не обнаружил, вместо нее грустно сидела заведующая отделением, работавшая сразу на два фронта - почтовый и продуктовый.
- Все уволились, - объяснила она. - Зарплаты маленькие, вот никто за эти деньги работать и не хочет.
Торговлей сельские отделения связи стали заниматься в начале 90-х годов не от хорошей жизни, когда почтовая отрасль России вошла в период упадка. Сильный урон отделениям связи нанесло юридическое и управленческое разделение собственно почты и электросвязи. Пытаясь хоть как-то спасти рвущуюся, как прогнившая нитка, почтовую сеть, власти повсеместно сокращали количество отделений, режим их работы, персонал и периодичность доставки корреспонденции. В большинстве малых почтовых отделений корреспонденцию доставляли лишь дважды в неделю, работал один сотрудник, выполнявший все функции (и начальника отделения, и оператора, и почтальона), иногда даже не на полную ставку.
Почта уходит...Сокращение подписки на периодические издания привело к тому, что почтальоны остались недостаточно загруженными. С другой стороны, при доставке газет лишь дважды в неделю теряла всякий смысл подписка на ежедневные издания. Тогда-то почтовые отделения, особенно в сельской местности, и были превращены из организаций связи, по сути, в торговые предприятия: на почте продавались и промтовары, и даже продукты на вес! Все это делалось для того, чтобы по возможности сохранить существующую сеть отделений.
- Когда нам навязали торговлю, тогдашний глава района был категорически против, - вспоминает бывшая заведующая Пестовским районным узлом связи Валентина Ивановна Голубкова. - Но я ему с цифрами в руках доказала, что нам это выгодно. Торговлей мы делали себе вторую зарплату.
Выгодно было лишь до тех пор, пока почтовые работники сами ездили за товаром и были свободны в его выборе, покупали именно то, что требовалось их клиентам. Зачем, к примеру, в деревню везти молоко или тушенку, если там нужнее комбикорма, крупы, стройматериалы. Но настало время, когда для всех почтовых отделений ассортимент привели к единому стандарту. И почта просела. Зачем покупать что-то на почте, когда то же самое дешевле приобрести в магазинах. А когда в районные центры пришли сетевые магазины, почтовая торговля и вовсе обвалилась.
Почта еще попыталась вернуться в свою привычную нишу - торговать в отделениях газетами и журналами, но и тут опоздали, проворонили, эта исконная их ниша была уже занята торговыми сетями. В любой «Пятерочке» или «Копеечке» продавались наиболее востребованные населением печатные издания по цене, значительно ниже, чем могла себе позволить торговать почта.
Оставалось прибегнуть к уже испытанному методу оптимизации расходов. А именно, к укрупнению территорий обслуживания, к дальнейшему сокращению рабочего времени и зарплаты почтовым работникам, созданию межрайонных отделений, превращая районные отделения в обычные городские и поселковые, уравненными в правах и обязанностях с сельскими почтовыми отделениями.
Так, Сандовский, Весьегонский, Молоковский районные почтовые отделения Тверской области были упразднены, а единый межрайонный почтамт создан в городе Красный Холм. Город Устюжна Вологодской области отдал свои почтовые полномочия городу Бабаеву, который находится в ста километрах и с которым нет никакого транспортного сообщения. Почтальоны Пестовского района Новгородской области, где проживает ни много ни мало 20 тысяч жителей, подчиняются теперь Боровичам, до которых аж 160 километров. В этих райцентрах за подписку на периодические издания никто уже не отвечает, даже премии, которые хоть как-то побуждали почтальонов активнее вести пропаганду печатных изданий, упразднены. Да и управлять такими сетями стало значительно сложнее. Отсюда, качество услуг не только не улучшилось, как обещали руководители ФГУП «Почта России», а стало стремительно ухудшаться.

Комментариев нет.