Проблема пьянства, как бросить пить

Проблема пьянства и можно ли бросить пить?

"Существует расхожее мнение, что русская деревня спилась. Согласны ли вы с этим?"
"Как вы считаете, можно ли бросить пить?"
Эти вопросы наши корреспонденты задавали сельским жителям разных регионов страны.


"ЧЕЛОВЕК - САМ СЕБЕ ЛЕКАРЬ"
ВОЛОГОДСКАЯ ОБЛАСТЬ
Юрий Смирнов, д. Мальгино:
- Кто-то пьет, а кто-то и нет. Сам я уже более десяти лет как бросил пить. А почему бросил? С похмелья синеть стал, оказался у последней черты, может, и в гроб угодил бы. Сейчас о том страшном времени и вспоминаю-то с ужасом. И я такой не один. В соседней деревне Палкино электрик, мой тезка, тоже бросил пить. Живет - радуется. Да и в других деревнях есть такие мужики.

Я бросил пить с Божьей помощью - пошел в храм. А всякие там кодирования, на мой взгляд, - ерунда. Вон у нас на работе (я на тракторе работаю) парень закодировался. Две недели держался, а потом опять начал пить. Вывод делаю такой: только человек сам себе хозяин и лекарь, а те, кто якобы готов помочь, только деньги тянут. С другой стороны, традиция живучая. У нас дурная - подтолкнуть человека к выпивке.

Не пьешь - белая ворона
. Смотрят косо, подсмеиваются. Или навязывать начнут: "Ну выпей! Ничего не случится!" Вот тут-то станет ясно, сам ты себе хозяин или кто другой. Лично ко мне тоже пристают: "Ну как это ты не пьешь? Надо пить!" Ну если им надо, пусть пьют, а мне не надо.

РЕСПУБЛИКА БАШКОРТОСТАН
Рустам Сабуров, с. Ишей:
- У нас произошел беспрецедентный случай: мужик, измученный пьянством, решил самостоятельно избавиться от этого недуга. "Кодирование" от алкоголизма для себя он изобрел жестокое: рано утром вышел из дома, взял топор, и со словами: "Больше ни пить, ни курить не буду", отрубил себе фалангу мизинца. Во как! Теперь не пьет, строит дом и даже дело свое открыл.

ПЕНЗЕНСКАЯ ОБЛАСТЬ
Людмила Степанова, с. Степановка:
- У моего племянника жена и трое детей. Он работящий мужик, неглупый. Только многие годы пил запойно - по неделе, по две. Из дома все пропил, а что не пропил - поломал и побил. Два раза чуть не сжег избу: спасибо, люди вовремя увидели, затушили. Даже мы, родня, его жене советовали: "Брось его, беги, пока он детей и тебя не изуродовал!" Даже участковому так надоели его выходки, что предупреждал: "Посажу!" А за что сажать-то? Не убил, не зарезал.Не знаю, что на него подействовало. Может, испугался, что и он помрет: не одному уж дружку бывшему могилу копал да за сердце держался. А может, в какой-то момент просветления прежнюю гордость свою вспомнил: был все-таки человек, а тут и за человека считать перестали, любой мог надсмеяться. Стал поговаривать: завяжу, брошу... Никто не верил, а он злился. Что уж врач ему сделал, не знаем, но только предупредил, что это не шутки: если хоть чуть выпьет, спасти его не успеют, до больницы-то далеко. Начал он дом в порядок приводить. Родня помогала - мужик вроде за ум взялся, надо поддержать. Продал картошку, лошадь купил. Во дворе теперь скотина, в доме порядок, жена помолодела и похорошела, да и у хозяина темный цвет с лица сошел. Старшего сына женили, живет тут же, в селе, уже внуки появились. Двое других детей - в городе: дочь учится, младший сын работает. И вот таких-то, как наш племянник, завязавших, в селе несколько мужиков. Смешно, что они друг от друга таятся: мол, сам бросил, к врачам не обращался. Силой воли похваляются. Да пусть! Лишь бы жили по-человечески, себе и семье на радость.

ВОЛГОГРАДСКАЯ ОБЛАСТЬ
Василий Артюхов, с. Николаевка:
- В 90-е годы, когда перевернулся уклад жизни, пошла безработица, обострилось и пьянство. Раньше оно было у крестьян еще и формой протеста против дури начальства. Ведь пахали и сеяли по звонкам из райкома, если припомните. Я-то хорошо помню, был директором сельской школы. А потом запили от безделья, пока было что грабить, продавать общественное добро за бутылку.Очень многие погибли от пьянства, и это напугало людей. Теперь со скрипом, но появляются новые возможности для работы на земле. Ну и заработки ведь никто искусственно ограничивать не будет. Вот и сбиваются мужики в артели или работают по найму в бригадах механизаторов. И на время работы (одни сами, другие под давлением руководства) кодируются от водки. А кто выпендривается по привычке, на того уже косятся, ведь может всех подвести, заработка лишить. В общем, медленно, но стала возвращаться старинная сельская трудовая артельная этика, когда во время работы нет места выпивке.

ЯРОСЛАВСКАЯ ОБЛАСТЬ
Мария Иванова, пос. Бурмакино:
- Все Бурмакино пьет. И женщины, и мужики. Только кто-то выпивает, а другие пьют "по-черному". Отчего пьют? Думаю, оттого, что привычная жизнь разладилась, а новая никак не налаживается. Нищета еще никого не сделала лучше и моральнее. Виданое ли дело, чтобы ни войны в стране не было, ни мора, а люди в деревне еле концы с концами сводили! Год вот так посводят, пять, десять, а потом - "забыться и заснуть". Те, кто работает, не пьют. Боятся потерять работу. Есть у нас и завязавшие с выпивкой насовсем. Таких очень за это уважают.

СТАВРОПОЛЬСКИЙ КРАЙ
Любовь Роман, с. Султан:
- Я бы не сказала, что этот порок прогрессирует. Как у нас было на полторы тысячи жителей десятка два пьющих семей в советские времена, столько же их и сейчас. Одни спиваются, умирают, на смену им приходят новые рабы алкоголя. Но есть среди моих земляков и такие, кто обратился за помощью к врачам. Я знаю тех, кто вернулся к нормальной жизни, нашел работу. Некоторые из них были моими соперниками на выборах главы села. Но тот факт, что они мне проиграли, наверное, говорит и о том, что полной их реабилитации в общественном мнении все же не произошло.

Александр Сиушкин, пос. Новокавказский:
- Помню, лет пятнадцать назад, когда я был главным агрономом конезавода, перед каждой страдой у нас была забота, как пресечь пьянство механизаторов. Какую только воспитательную работу ни проводили, но обязательно находились такие, кто срывался. Сейчас все гораздо проще: выгнал - и делу конец. Жизнь все-таки сильно изменилась и людей меняет. Больше стало тех, кому в заботах о хлебе насущном некогда часто прикладываться к бутылке. В фермерских хозяйствах пьянства практически нет. Здесь плохих работников никто держать не будет, а те, кто пришелся ко двору, понимают, что к чему. О пьянке думать некогда, о заработке надо думать. Так что лучшее лекарство от пьянства - экономика. Возьмем, к примеру, моего сына Евгения. Он сейчас чуть ли не трезвенник. Пока я держал бразды в нашем фермерском хозяйстве, он иногда и позволял себе лишнего, а после того, как стал на мое место, за заботами и не вспоминает о рюмочке. Я уже думаю: пусть бы и выпил иногда, нормальному русскому мужику это не возбраняется.

РЕСПУБЛИКА ТАТАРСТАН
Равиль Насыров, с. Услон:
- Думаю, деревня все-таки спивается. И не только потому, что взрослые мужики пьют. Хуже, что к рюмке все чаще и чаще прикладываются женщины и подростки. Ради выпивки многие теперь нанимаются огород вскопать или дров наколоть. Понимаете, не ради заработка, а ради выпивки! И она, родимая, льется рекой. Нынче по всем российским селам и деревням налажена бойкая торговля левым спиртом. Откуда он берется - не знаю. Но в любом селе есть три-четыре "точки", где в любое время суток можно купить бутылку за двадцать пять рублей (разведенный спирт). У меня завязывали с выпивкой двоюродный брат и дядя. Один держался полгода, второй - три недели. Не знаю, как где, а по моим наблюдениям, в деревне над зашитыми смеются...

КРАСНОЯРСКИЙ КРАЙ
Лариса Голендухина, с. Казачинское:
- У меня муж Сергей - зашитый. И честно-то признаться - не впервой. А что делать? Терпит-терпит, потом сорвется, квасит месяц-два, и снова-здорово - к доктору идет. Муж понимает, что рюмка - это зло, потому сам к врачу ходит. Я его силком не тащу, хотя поддерживаю, конечно, всецело. Соседки, у кого мужья - горькие пьяницы, даже и на консультацию ко мне приходят, спрашивают: сколько денег за лечение взяли? Каков эффект? У нас многие к трезвости потянулись. Мужики, кто еще не завязал, на мужа с уважением поглядывают. Это у нас, в большом селе, где и работа какая-никакая есть, и культурный досуг. А в маленьких деревнях перспективы на лучшую жизнь не просматриваются. Люди спиваются - и мужчины, и женщины.

ОМСКАЯ ОБЛАСТЬ
Владимир Мальнев, с. Чернолучье:
Бросить пить!
- И я вам определенно скажу: даже при советской власти так не пили. Почему? Потому что пьяниц протаскивали на партийных и прочих собраниях, в стенгазетах, их могли в качестве наказания передвинуть в очереди на квартиру. А сейчас какие рычаги воздействия? Жилье и так не дают, моральный облик нынче - дело не общественное, а сугубо личное. Мужик в деревне мается без дела, домашнее хозяйство в основном на женщине, а он, как говорят в народе, с утра выпил - и весь день свободен. ЛТП упразднили. А ведь их пьяницы боялись. Самогоноварение теперь не наказуемо, антиалкогольной пропаганды - никакой. Если при Андропове все сцены с рюмкой из фильмов вырезали (другая, конечно, крайность), то сейчас "в телевизоре" все пьют: и менты, и "новые русские", и бандиты, и забулдыги, и чиновники. Да, собственно, так оно и в жизни. Теперь у нас гуманизм и права человека! Вот и спецприемники для бичей позакрывали в свете борьбы с ущемлением прав. Я все эти стороны нашей жизни хорошо знаю, так как я сам капитан милиции. И грешным делом, иногда думаю: на кой эти права, если люди не знают, как ими распорядиться?

АЛТАЙСКИЙ КРАЙ
Галина Агапова, с. Калманка:
Бросить пить!- Испокон веков деревня пила: когда гостей встречали, всегда на столах водка да селедка. Но раньше люди пили, но и работали. И были еще комитеты по борьбе с пьянством, разные там суды. Алкашей заставляли по два месяца на общественных работах трудиться. А сейчас что? Никакого им наказания! Но главное - сейчас работы нет. Молодежь школу закончит - и куда? А тут еще эти... барнаульские риэлторы - так их, что ли, называют. Привозят к нам пьянчуг. Выселяют их из городских квартир - и всех по деревням. А им какая разница, где пить? Нам вот только есть разница. Зачем из нашей деревенской жизни помойку делать? Но разве властям до этого есть дело!

Виктор Зубенко, с. Зудилово:
Бросить пить! - Деревня и раньше пила, и сейчас пьет. Хотя теперь и денег у людей вроде меньше, а все равно люди пьют. То ли от безысходности, то ли в крови у нас это - все проблемы решать выпивкой. Но есть и такие, кто пить бросает. Живет у нас один мужик, раньше тоже крепко поддавал, а потом завязал. Капли в рот не берет! И зарабатывает неплохо. А пьющих теперь терпеть не может. Свой переулок он называет "пьяным околотком", потому что вокруг нет ни одной непьющей семьи. Так он у этой алкашни как бы в авторитете, что ли. Еще недавно на него весь "околоток" пахал. Огород вскопать - бутылка. Дрова наколоть - две... Но алкаши на него обозлились. Теперь дрова поколоть попросит - не соглашаются, потому что он им денег взаймы на выпивку не дает. Принцип у него такой: взаймы на выпивку не давать! Народ за этим делом наблюдает. Кто кого перевоспитает? Бросить пить!

От редакции
"...Передайте Ильичу, нам и это по плечу". В советское время такой частушкой народ отреагировал на повышение цены на водку. А вот теперь, кажется, уже "не по плечу"! Наш опрос выявил эту тенденцию: деревня спохватилась. Кто не спился окончательно, цепляется за трезвость как за последнюю соломинку. В чем причина? В экономике? Так здоровой ее по-прежнему не назовешь. В нравах? Так лучше они не стали. Может, в самосознании? Как сказала о своем племяннике читательница из Пензенской области: "Никто не верил, что он бросит пить, а он злился". Может, российский мужик наконец разозлился? И на экономику, и на нравы, и на себя самого? Да пусть и так! Лишь бы "процесс пошел". Говорят, для нас главное - запрячь, а уж поедем-то быстро...

Комментариев нет.