В одиночку фермеру не выжить

Когда один в поле

В одиночку фермеру не выжить. В этом на собственном опыте убедился за 18 лет хозяйствования на земле фермер Николай Грималов из Ленинградской области.

одинокий фермерВ Выборгском районе, где живет Грималов, из 1074 зарегистрированных крестьянских фермерских хозяйств реально работают всего 57 и лишь 12 из них можно назвать фермерскими, то есть производящими реальную товарную продукцию. Больше 90 процентов сельхозпродукции приходится на долю крупных предприятий. Небольшие хозяйства погоды не делают. Средний надой на корову по району около 6 тонн в год, у фермеров — чуть больше 2 тонн. Всего одна ферма соответствует современным стандартам, и ту подарил жене один из олигархов. У большинства фермеров допотопные технологии, ручной труд. Грамотных хозяев по пальцам пересчитать.

Фермерствуют большей частью переселенцы. Из Казахстана, например. Или горожане, которые прежде сельским хозяйством никогда не занимались. Как Грималов. Да он и не регистрировал свое фермерство и многие годы налоги не платил, числился владельцем личного подсобного хозяйства.

Такая же картина и по всей Ленинградской области. Зарегистрировано 6 тысяч фермерских хозяйств, работающих — 800. ы сидели на грубо сколоченных скамейках за грубо сколоченным столом.

— Николай, — сказал я ему, — ты не профессионал, ты фермер-любитель.

Он не обижается и даже не спорит. Лишь грустно оглядывает свое жилище, более похожее на зимовье охотника, нежели на коттедж предпринимателя: низкие потолки, стены из тонких бревен, не знавшие обоев, печка, на которой варит и еду себе, и корм скотине, лампочка, подключенная к аккумулятору. И тяжело вздыхает: 

— Ты прав, это какой-то дурдом. Денег как не было, так и нет. Весной занимаю у знакомых, потом весь сезон отдаю. Ни выходных, ни проходных, ни отпусков, а на жизнь заработать не получается. Привело меня к нему письмо в редакцию.

«Обращаюсь к вам от безысходности. Являюсь главой фермерского хозяйства «Дубинское» уже около 20 лет. Получил 7 гектаров земли из государственного запаса, но участок нуждается в серьезной мелиорации, так как большей частью заболочен. Подъездная дорога и электричество отсутствуют. Два раза обращался в администрацию Выборгского района Ленинградской области с заявлением о выделении дополнительной земли, но не получил ни гектара. В результате остался без кормов, поскольку субсидий и кредитов ни разу не давали. Хотел за 4-5 лет довести стадо дойных коров до 200 голов, но боюсь, что теперь это неосуществимо. Нахожусь в отчаянии. Поддержка сельскому производителю оказывалась только на словах. Как жить дальше? Может, обратно в город? Так проще...»

Про «обратно в город» сказано скорее для красного словца. Деревянный дом в Зеленогорске, где у Грималова когда-то было служебное жилье, сгорел дотла. Он утверждает, что идти ему из своего зимовья некуда. И по поводу увеличения поголовья: что он станет делать с 200 коровами без механизированного скотного двора, электрической дойки, холодильной камеры, без дорог, электричества и постоянного рынка сбыта? Летом хоть дачники выручают да небольшой магазинчик, поставленный на обочине трассы Выборг Санкт-Петербург. А зимой? Насчет дополнительной земли тоже большой вопрос. Ну получит он ее, а чем обрабатывать?

Когда в 90-х годах народ позвали в фермеры, Николай увидел в этом шанс. И бросился в фермерство как в омут с обрыва, как молоденькие девочки в замужество — с закрытыми глазами. Без расчетов, денег, навыков, всего того, что сейчас называют бизнес-планом. Думал: только бы землю получить, а уж там раз зовут, то помогут. А не помогут — сам сделаю. У государства за все 18 лет так ни копейки и не взял. Не потому, что не нуждался. Не знал как. Надо было ездить, спрашивать, учиться. Некогда. Вот если бы привезли на готовенькое, передали опыт, научили премудростям... Так не везут. Еще и отчеты какие-то требуют. А отчет — вот он: коровы, бычки, свиньи, козы, лошадь, пчелы. Приезжай, гляди.

...Участок в свое время он выбирал по карте. На ней был обозначен ручей, значит, есть вода. Дорога близко — тоже хорошо. Приехал, а тут лес сплошной. Сначала вырубал, потом корчевал. Экскаваторщик, работавший на строительстве новой выборгской автотрассы, за «жидкую валюту» оканавил его заболоченный участок. Стало суше. Нефтяники, проложившие по его земле свои трубопроводы к выборгскому морскому порту, отвалили немало денег. Обещали еще подвести линию электропередачи, но не подвели. Зато у них можно было разжиться топливом по выгодной цене.

Затем Николай собственноручно сколотил скотный двор. Он служил приютом всем — коровам, козам, свиньям, гусям, уткам, курам, кроликам, лошади. Не двор, а Ноев ковчег. Вырыл три пруда — один под форель, два под карпа, но они пока не зарыблены. Хочет организовать платную рыбалку. Есть пилорама. Лес рубить, правда, нельзя, но на участке много сухостоя и ветровала. Подбирает их и пилит на доски. Себя обеспечивает и дачникам продает. Так и живет. Не живет, правда, скорее выживает. Бросается от одного дела к другому, авось что получится.

Теперь насчет поддержки. Обвинять власти Выборга в невнимании к малым формам хозяйствования было бы крайне несправедливо. Напротив, это единственный в области район, где есть муниципальный фонд, из которого только за прошлый год было выдано на поддержку сельхозпроизводителям всех форм собственности больше 18 миллионов рублей, а за три года — 42 миллиона рублей. Создан кредитный кооператив. Разработана своя программа развития АПК до 2015 года. Специальный человек в аппарате администрации помогает фермерам оформлять документы для получения кредитов и субсидий по процентным ставкам. Но до него надо дойти-доехать. Чтобы хотя бы знать, за что и какие положены кредиты и субсидии, какие условия необходимы для их получения. Ведь большинство и этого не знает.

— Мы поддерживаем и тех, кто поставляет продукцию на продовольственный рынок района, и тех, кто не поставляет, но хотя бы кормит себя, свою семью, — говорит заместитель главы администрации района Эдуард И (фамилия у него такая — из одной буквы). — Поддерживаем уже за то, что они живут в деревне.

Помощь целевая: на поголовье, землю или семена. Банк на покупку картошки или сена кредит не даст. А если даст, то бумагами замучает. А районный кредитный кооператив выдает деньги по упрощенной схеме и под небольшой процент. Свободная земля в районе тоже есть. Только не в том поселении, где живет Грималов. Но для чего ему земля? Как он ею хочет распорядиться, за счет чего осваивать? На эти вопросы фермер не отвечает. А бумагу с просьбой о выделении к делу не пришьешь и деньги под нее не выделишь.

Продолжение статьи — в журнале «Сельская новь» № 5, май 2011 г.

Комментариев нет.